Мы не добрые, мы - светлые. (с)
Что отболело - более не мое,
К вечеру станет вольней дышать.
Выбор мой прост и ясен - быть острием,
А не огрызком карандаша.
Слышишь-не слышишь? Как связь? Прием.
Скоро здесь не останется ни шиша.
Что завершилось, тянется не ко мне
И не у меня болит.
Сколько в чужих карманах лежит камней,
Сколько затихло во рту молитв?
Толпы прохожих, каждый, кто слеп и нем,
Список смешных потерь моих обнулит.
Все, что случилось, кажется, ничего
Будто не значило вообще.
Ночь опускает ласково на живот
Тени пропавших в сердце моем вещей.
Ты снова сделал меня живой,
Знаешь ли сам зачем?
Что отболело - роздано на слова,
Глупо теперь жалеть.
Мелко дрожит под пальцами тетива,
Медленно растворяется в темноте.
Все, что к утру останется - лишь трава,
Смятая нежной тяжестью наших тел.
К вечеру станет вольней дышать.
Выбор мой прост и ясен - быть острием,
А не огрызком карандаша.
Слышишь-не слышишь? Как связь? Прием.
Скоро здесь не останется ни шиша.
Что завершилось, тянется не ко мне
И не у меня болит.
Сколько в чужих карманах лежит камней,
Сколько затихло во рту молитв?
Толпы прохожих, каждый, кто слеп и нем,
Список смешных потерь моих обнулит.
Все, что случилось, кажется, ничего
Будто не значило вообще.
Ночь опускает ласково на живот
Тени пропавших в сердце моем вещей.
Ты снова сделал меня живой,
Знаешь ли сам зачем?
Что отболело - роздано на слова,
Глупо теперь жалеть.
Мелко дрожит под пальцами тетива,
Медленно растворяется в темноте.
Все, что к утру останется - лишь трава,
Смятая нежной тяжестью наших тел.
Владимир Мор-Анор, Сколько затихло во рту камней
а здорово как и интересно, кстати)) спасибо))
Молчунья, насчет невесомо тоже есть сомнения, мне оно больше такой пощечиной представляется, которая то ли точку поставит, то ли поцелуем смажется. спасибо))